Мало похлопали – виноват дирижер
Просторный светлый кабинет с ударной установкой и аккуратно сложенными в футляры инструментами – здесь артисты оркестра готовятся к своим выступлениям, надевают парадно-выходные бабочки под строгие костюмы, репетируют и много шутят. За десятки лет цирковой дружбы оркестранты превратились буквально в родственников, поэтому на колкие замечания реагируют исключительно шутками.
Владимир Полиенко не только искусно владеет тромбоном, но и пишет аранжировки для всей команды.
С 1990 года руководит сугубо мужским коллективом дирижер Валерий Пресняков. В цирке он с момента открытия нового здания: сначала играл в оркестре на саксофоне, а затем стал руководителем.
«Оркестр в цирке – это не оркестр в театре или в опере. Если там композиция играется от начала до конца, то здесь может случиться всё что угодно. В основном сюрпризы происходят в номерах с участием животных», – говорит Валерий Пресняков. Он вспоминает случай, когда служащий, уводя с арены медведя, случайно запнулся о ковер, и животное на него напало. И оркестру в тот момент нужно было сразу среагировать – убрать музыку, потихоньку сводя ее на нет, чтобы еще больше не раздражать животное.
«Бывает, животные могут сцепиться друг с другом, и не только крупные хищники: шалят и обезьяны, и собачки… Я уже интуитивно чувствую, когда нужно срочно сделать тишину. Во время представления я не смотрю на музыкантов – всё внимание идет в манеж», – делится особенностями своей работы Валерий Юрьевич. Он не отводит глаз и от артистов: например, сделал клоун комплимент, щелкнул пальчиками, а дирижер должен среагировать и снять музыку. Иначе артисты могут закатить скандал.
«Бывало такое, что приходилось прятаться по гримеркам от разъяренных артистов: им мало похлопали, музыку вовремя не сняли, а виноват в этом дирижер», – вспоминает былые времена Валерий Пресняков.
Играть приходилось в дубленках
«Наш первый трубач – дядя Володя Сироткин. Здесь он с 1985 года. Вот саксофонист – Володя Федулов, он вообще в оркестре с открытия нового цирка. Это наш тромбонист Володя Полиенко. Да у нас почти все музыканты начинаются на букву В», – смеется Валерий Пресняков. И тут же представляет другого саксофониста, ветерана МВД Геннадия Монашова.
За десятки лет совместной работы музыканты уже сроднились.
Ну а музыканты своего энергичного руководителя выдают с потрохами: говорят, это единственный танцующий дирижер, мол, пляшет во время выступления как заводной. «Да я уже старый плясать-то», – скромничает Валерий Юрьевич. И тут же обращается к Владимиру Полиенко: «Что сегодня принес?». Оказывается это не только тромбонист, но и аранжировщик. На этот раз Владимир принес переложенную мелодию из песни Людмилы Гурченко «Хорошее настроение».
«Мой старший брат – тоже тромбонист, мы очень похожи. Он работал в Свердловском оркестре в цирке, и были случаи, когда я его подменял, причем дирижер подвоха не замечал, – вспоминает случай из своей музыкальной карьеры Владимир. – Но однажды у меня вылетел штекер от микрофона из тромбона, а мне играть соло. И тут я поднимаю вверх тромбон и как «долбану» громко (в театре, где я тогда работал, играют без микрофона, во всю силу). Только тогда дирижер понял, что я играю за брата». В Ивановском цирке тромбонист Полиенко играет недавно, но уже влился в коллектив и стал своим.
По команде дирижера музыканты отправляются на репетицию. «Раньше, бывало, в куртках играли, в дубленках – так было холодно, губы вообще не двигались, пальцы замерзали, приходилось в рукавицах играть. Естественно, инструменты не так звучали. То ли дело сейчас – тепло и комфортно», – рассказывает саксофонист Владимир Федулов.
У львов и тигров свои предпочтения
Цирковой оркестр ивановские зрители знают и любят: некоторые после представлений оставляют восторженные отзывы не от увиденного, а именно от услышанного: «Оркестр сегодня играл непревзойденно!», «Ах, как хороши были сегодня музыканты!». Но наши герои звездную болезнь за много лет не подхватили, они готовы играть и по ходу представления, и в его перерывах, ради удовольствия.
Непременный атрибут оркестрантов – бабочка.
«Раньше у нас было по 4550 спектаклей в месяц, и было очень непросто играть одно и то же: музыка надоедала. Но чтото менять и импровизировать разрешал не каждый постановщик программы. Ведь если, допустим, львы или тигры привыкли к одной музыке, то заиграй мы другую, может произойти сбой, для животных это стресс. Те же гимнасты двигаются и танцуют под определенную музыку. То есть мы выступаем и в какой-то степени «кукловодами». Но сейчас всё больше программ делается под фонограмму и наша работа с руководящей перетекла в развлекательное русло: мы играем композиции до представления, в антракте и по завершении программы», – рассказывает Валерий Пресняков. К тому же спектаклей стало вдвое меньше, так что устать от однообразной музыки оркестр просто не успевает. По мнению музыкантов, сами мелодии раньше были проще, сейчас фонограммы напичканы «электроникой» и переложить их для оркестра сложно. «Но всё равно приезжающие артисты любят, чтобы в цирке был свой оркестр. Особенно цирковые деятели старой закалки. Они беспокоятся, чтобы всё было качественно, и предъявляют самые серьезные требования», – говорит Валерий Юрьевич.
К слову, нынешний директор цирка Николай Наумов от оркестра в цирке отказываться не собирается, несмотря на то что их число по России сокращается на глазах. И девять музыкантов продолжают радовать зрителей, создавая настроение своей виртуозной игрой.
