В тыловом регионе находят мины и снаряды
– Анатолий, чем занимается инженерно-техническое отделение и когда оно появилось?
– Говоря официальным языком, мы решаем задачи, связанные с обнаружением, идентификацией и локализацией угрозы взрыва. То есть любой предмет, который может взорваться, сотрудники отдела должны найти, определить, что это такое, изолировать от места, где находятся люди, и уничтожить – взорвать.
А создано подразделение в 1994 году в составе ОМОНа. До этого в органах внутренних дел тоже работали специалисты-взрывотехники, но их было меньше, материально-техническая база отличалась от нынешней да и объем работы был иной.
– Говоря об объеме работы, можно привести какие-то цифры? Я так понимаю, что количество сотрудников называть…
– …не нужно. Правильно понимаете. Но цифры наглядные есть. С января по сентябрь специалисты ИТО провели 276 обследований. Столько раз выезжали на места обнаружения взрывоопасных предметов.
– И что это были за предметы?
– Довольно много осталось следов Великой Отечественной, как это ни странно звучит для нашей тыловой области. В годы войны на территории Тейковского района, к примеру, функционировало учебное подразделение, где готовили минометные расчеты. Там наверняка проводились стрельбы… В Шуйском районе располагались оружейные склады.
Самая крупная такая находка была обнаружена года три назад на Северном аэродроме. Там во время земляных работ наткнулись на металлические предметы. Вызвали наших сотрудников, и они извлекли из земли около 200 взрывателей для авиабомб и гранаты французского производства…
– Может, эти гранаты имели какое-то отношение к французским летчикам из авиаполка "Нормандия-Неман", который формировался на "Северном"?
– Теперь об этом можно только гадать. В наши функции это не входит.
– Были еще опасные находки из прошлого?
– Да. В Шуйском районе взрывотехники идентифицировали и уничтожили найденный там заряд от 50-миллиметрового миномета, а еще 30- и 76-миллиметровые артиллерийские снаряды…
Специальные костюмы, приборы для подавления радиосигналов
– Для уничтожения взрывоопасных предметов имеется специальный полигон, или это делается в разных местах?
– Для этого используем городской карьер недалеко от фурмановской дороги. Представляющий опасность предмет взрывотехники доставляют в специальном контейнере. И на этом полигоне взрывают – вдалеке от людей, с соблюдением необходимых мер безопасности.
– "Сапер ошибается один раз". К сотрудникам инженерно-технического отделения эта поговорка очень подходит. А где они научились не "ошибаться"? Кто их готовил по такой редкостной специальности?
– Все наши сотрудники прошли двухмесячные курсы в специализированом Брянском учебном центре. После этого каждый из них получил специальное удостоверение – "Книжку взрывотехника". Два раза в год проходим дополнительную подготовку в Рязани, сдаем зачеты...
В этом костюме взрывотехнику жарковато, зато опасности меньше.
Должен сказать, что работа взрывотехника "творчества" не предполагает: главное здесь – как раз знание инструкций и умение им следовать. И, предвидя ваш вопрос, замечу, что во многом благодаря этому на моей памяти среди сотрудников ИТО не было ни одного трагического случая. "Учимся на ошибках других" – вот такая у нас поговорка.
– А есть у взрывников еще какие-то крылатые выражения, профессиональные шутки?
– Знаете, на работе стараемся не шутить.
– Для безопасности специалистов, работающих с грозящим взорваться предметом, служит и специальная экипировка?
– Конечно. Кроме взрывозащитных костюмов, у нас есть приборы для подавления радиосигналов: это такие "глушилки", которые не дадут сигналу дойти с радиопередатчика до взрывного устройства. Есть и особо прочные контейнеры для перевозки взрывчатых веществ, о которых я уже говорил... Но при всём этом профессиональных навыков, умения спокойно и расчетливо действовать в опасных ситуациях никто не отменял.
Искать опасные предметы помогают собаки
– То и дело приходится слышать о "телефонных террористах". То школу "заминируют", то торговый центр, то еще какой-нибудь объект. На такие сигналы вашим сотрудникам тоже приходится выезжать?
– Это наша прямая обязанность. Недавно были на ТЭЦ-3, например. И работать приходится без всяких скидок на то, что есть сомнения в подлинности сообщения. Проверяем досконально, пока полностью не удостоверимся в том, что звонок ложный.
– И во что же обходятся такие выезды в денежном выражении?
– Не могу сказать. Года три назад один мальчик по телефону сообщил, что "заминировал" школу. Его нашли, а из прокуратуры нам прислали бумагу с просьбой составить список расходов на этот выезд: сколько стоило горючее, количество сотрудников, стоимость рабочего дня…
– Очевидно, определяли, сколько должны заплатить по суду за маленького "шутника" его родители?
– Вероятно. Так вот, сумма получилась немалая. А ведь на такие сигналы реагируют и другие службы, у которых и без того дел по горло.
…И еще обязательно следует упомянуть кинологическую службу, которая входит в состав инженерно-технического отделения. В поисках взрывоопасных предметов очень успешно участвуют специально обученные овчарки. На запах любой взрывчатки, металла реагируют молниеносно. Минно-розыскные собаки живут в питомнике ОМОНа, в отдельных вольерах. Вместе со своими хозяевами-кинологами они не раз занимали призовые места на соревнованиях в ЦФО.
Минно-разыскные собаки – верные помощники омоновцев.
Без четвероногих помощников не обходится ни один выезд взрывотехников, ведь любой из них может оказаться подлинным.
Справка. День отрядов милиции особого назначения учрежден в 2002 году. Он отмечается 3 октября в связи с тем, что именно в этот день в 1988 году ОМОН был создан в четырех республиках, входивших в состав СССР "для борьбы с преступностью в крупных масштабах, где другие органы МВД в одиночку справиться не в состоянии". С переименованием милиции в полицию аббревиатура ОМОН не изменилась, только теперь это – отряд мобильный особого назначения.
