Европейские монеты подделывали для украшений
В археологической экспедиции в Плёсе в этом году трудятся два с половиной десятка человек – на месте крепости XV века на Соборной горе и на раскопе поменьше, в Заречье, на берегу Шохонки. Работают в основном студенты из Шуи, Иванова, Москвы. Школьников в этом сезоне мало. А на выходные приезжают и бывшие ученики руководителя Шуйской археологической экспедиции Ольги Несмиян – первое поколение участников экспедиции.
Археологом Ольга Альбертовна мечтала стать с детства. Окончила исторический факультет Ивановского госуниверситета. Долго работала учителем истории в Шуе. В 1998 году собрала увлеченных детей в археологический клуб «Клио». С 2001-го его члены – основной состав Шуйского отряда Плёсской археологической экспедиции.
А с 2005 года воспитанники Несмиян начали исследование древнерусского селища XI - XII веков в Шуйском районе. «Это время расцвета ремесел и торговли в Древней Руси. В Клочкове мы нашли разнообразные византийские стеклянные бусины, шумящие подвески, фрагменты керамической посуды, железные орудия труда. На селище занимались охотой, земледелием, рыбной ловлей и ремеслами: резьбой по кости, гончарным делом, ювелирным, кузнечным и даже металлургией. Интересно, что охотились в отличие от окрестностей Суздаля не только ради пушнины, но это был и отдельный промысел – заготовка мяса. В находках преобладают кости лося, медведя, есть, конечно, и бобр, и белка, которых били из-за шкурок», – рассказывает Ольга Несмиян.
На пяти гектарах там жило около сотни человек. Это не самое крупное поселение того времени, но по уровню развития ремесел оно стоит в одном ряду с крупными поселениями Ополья.
Интересно, насколько ошибочны наши представления о Средневековье как темных временах. На самом деле население активно общалось и торговало с окрестными и весьма удаленными землями. Цветной металл приходил сюда из Поволжья, бусы – из Византии, серебро – от арабов… Причем монетовидные подвески делались как из арабских дирхемов, так и из западноевропейских монет. «Одну такую европейскую монету мы отдали на экспертизу, и оказалось, что она не оригинальная, а копия. То есть местный мастер сделал отпечаток и использовал монеты, скорее всего, из восточного серебра, чтобы отлить из них подвески», – отмечает Ольга Несмиян.
Синхронный поселению могильник в Клочкове осенью 2015 года случайно обнаружили рыбаки, когда копали червей. Они нашли там византийские золотостеклянные бусы (между слоями стекла запекали золотую фольгу – технология XII века) и уникальную шейную гривну – своеобразное колье из толстой витой проволоки с гранеными головками на концах. Подавляющее большинство украшений – из бронзы. Судя по вещам, это было захоронение женщины, имеющей высокий социальный статус. Рыбаки показали археологам место захоронения, где угадывался небольшой холм.
Кто же жил в Клочкове? В коллекции находок много шумящих подвесок – это финский элемент. Но при этом немало вещей и славянских. XI век – эпоха формирования древнерусской народности, так что, скорее всего, эти люди называли себя русью и говорили на славянском, а не на мерянском языке.
В тему
В целом, по мнению директора Института археологии РАН Николая Макарова (крупнейшего специалиста по археологии и средневековой истории северо-восточной Руси), Клочковское селище – это третий по степени изученности археологический комплекс на территории нашей страны. Подобные захоронения, открытые ранее, располагаются в местечках Мякинино (Подмосковье) и Минино (Вологодская область).
Каменный крест - «корсунчик».
Мешки с данью запечатывали свинцовыми пломбами
В прошлом году шуяне поработали в Плёсе, Клочкове и Василёве (тоже в Шуйском районе), где раскапывали поселение уже второй половины XII века. В отличие от Клочкова в Василёве жили люди другой волны заселения нашего края. Возможно, из-за перенаселения Ополья люди уходили на берега лесных речек, в места еще не столь плотно освоенные. Финский элемент (например, объемная шумящая подвеска в виде утки) присутствует и здесь. Другая интересная находка – обкладка из низкопробного серебра каменного нательного креста – «корсунчика» (от названия греческого города в Крыму – Корсунь, где, по преданию, принял крещение князь Владимир). Эти равносторонние крестики простой формы пришли на Русь из Византии.
Работали шуяне и в Суздале, где раскапывали средневековую усадьбу. Культурный слой в ямах доходил до трех метров, начиная с XII века. Самое интересное из найденного там – свинцовые пломбы, часть с изображениями. Историки считают: ими запечатывали мешки с собранной данью. Такие же пломбы, к слову, найдены и в Клочкове. Это говорит о том, что даже такие отдаленные местечки были с самого раннего времени охвачены княжеской властью.
Ради безопасности селились не на Волге, а на Шохонке
На территории Плёса в разное время возникали поселения, которые прекращали свое существование на долгие годы или даже на несколько веков. В прошлом году археологи копали на восточной окраине города, за Варваринской церковью. Там был найден интересный материал конца XII - начала XV века: стеклянные браслеты, ножи, рыболовные крючки…
В раскопе были две подпольные «ямы», заглубленные в «материк» и относившиеся к разным периодам. Так часто делали – для безопасности селились в отдалении от крупной реки, на притоке (в данном случае – Шохонке), чтобы не быть на виду у всех проезжающих по Волге.
Историки полагают, что самая древняя часть Плёса – Заречье (в прошлом – Рыбная слобода). Здесь ранее уже проводились археологические раскопки. В 2006 году возле Никольской часовни было обнаружено захоронение XIV века. В 2014-м на Варваринской улице – некрополь более древней поры (ранее XIII века). Одна из находок в Заречье – шпора – указывает на присутствие здесь профессиональных воинов-дружинников.
Судя по раскопкам, в устье Шохонки люди стали вновь селиться уже в XVI веке. До конца XVIII Заречье, по данным историков, оставалось обособленной частью Плёса. Долгое время оно существовало как государева рыбная слобода.
Акцент
Могильники свидетельствуют о перемешивании народов
Ученые считают, что Плёс защищал подступы к Костроме, а население костромского Поволжья изначально было полиэтническим. Здесь столкнулись две группы заселения. Одна шла с юго-запада – от Суздаля, а другая с северо-запада – от Новгорода. Причем эти насельники приходили сюда уже смешанными, а здесь процесс слияния славян и финских аборигенов продолжался. Это подтверждается в том числе и могильниками, которых много найдено в Плёсе и его окрестностях. Они все разные, что зафиксировал еще советский историк Евгений Рябинин: одни погребения подобны новгородским сопкам (обложены камнями), другие – более простые курганы. Есть захоронения с известковой заливкой, которые похожи на мерянские.
Верхняя часть посуды выдает возраст
На раскопе на Соборной горе в Плёсе ребята аккуратно лопатами буквально по сантиметрам «подбривают» слои грунта. Снимают пласты по 10 сантиметров, после чего зачищают так, чтобы видно было, например, следы пожара. Метка древнего огня – черный угольно-зольный слой по всей площадке. Значит, плёсская крепость горела. «Причем пожар был настолько сильный, что стены укрепления, состоящие из заглубленных в землю и обмазанных глиной бревен, выгорели до угля. Даже глина от высокой температуры вся пережженная. После радиоуглеродного анализа можно будет точнее определить, когда сгорела крепость, построенная в 1410 году по приказу великого князя Василия, сына Дмитрия Донского», – рассказывает Ольга Несмиян.
Слой за слоем раскопа фиксируют на фотографиях и специальных картах-планах. В отдельные пакеты собирают обломки керамической посуды и прочие массовые находки. Если не найдут ничего крупного, то и эти осколки помогут датировать очередной слой. «Мы видим на горе керамику переходного периода – от XIV до второй половины XV века. От столетия к столетию меняется формирование венчика – верхней части сосуда. Это своеобразная технологическая мода, венчик то загибают наружу, то внутрь… Вариантов известно много», – замечает Ольга Несмиян. И по этой профилировке сегодня историки относительно точно датируют слой раскопа.
Стоит отметить, что в древнерусский период посуда была, как правило, богато орнаментирована, а после монгольского нашествия в 1237-1242 годах такая мода сходит на нет. Чем ближе к XV веку, тем посуда становится, с одной стороны, утилитарнее, простых форм, а с другой – редко, но попадаются изыски. Как найденная часть, вероятно, крышки от сосуда с двухсторонне объемным орнаментом – многорядной волной. Остается и традиция клеймения днищ сосудов мастерами. Клеймо ставили «автоматически» – на поверхности гончарного круга была вырезана матрица. И когда сосуд формировали, а потом срезали, ее оттиск оставался на донце.
Рисунки клейм гончаров очень разнообразны, что свидетельствует о многочисленности мастерских, изготовлявших глиняную посуду. Метки могли быть и личными знаками гончаров, и знаками феодала, которому принадлежала ремесленная мастерская. Очевидно, некоторые рисунки наносили на сосуды и для защиты их от порчи злыми силами. «Клейма попадаются и с буквами, и с различными знаками, даже с похожими на двузубые и тризубые родовые знаки Рюриковичей. Этот изначально княжеский символ к XV веку «пошел в народ», – рассказывает Ольга Несмиян.
Керамическое рыболовное грузило, пряслице и ключ от древнего навесного замка.
Мусорные ямы представляют особый интерес
Обнаруженные ценные находки извлекают из земли с помощью шпателей и кисточек. Копают до «материка» – так называют слой, на котором изначально стояло поселение. Ниже могут быть «ямы» (углубления, заполненные теперь коричневым суглинком) – подклети, подвалы, мусорки и погреба. Извлеченный оттуда грунт промывают через специальное сито, чтобы не пропустить ни одну самую мелкую находку.
Среди осколков посуды нашли керамическое рыболовное грузило для сети и пряслице, изготовленное из стенки гончарного сосуда. Пряслице – это грузик в форме диска или невысокого цилиндра со сквозным отверстием по продольной оси, применявшийся для утяжеления ручного веретена и крепления на нем пряжи. Среди прочих находок на раскопе в Плёсе – ключи от цилиндрических навесных замков, обломки ножей и топора, нательный крест начала XV века.
Портрет
Собирать древнюю вазу как пазл
Аспирантка школы гуманитарных наук Высшей школы экономики Екатерина Воробьёва – из числа первых воспитанников клуба «Клио». Она приехала из столицы, чтобы вновь принять участие в раскопках. Увлекается археологией еще с пятого класса, когда и пришла в клуб «Клио». Побывала во многих экспедициях. В них она занимается обработкой керамического материала – сначала прямо на месте раскопок, а затем, в межсезонье, уже в кабинете. «Сосуды крайне редко доходят до нас в целом виде. Моя задача – попытаться их склеить. Для науки важно понять, как выглядела та или иная находка изначально. Это кропотливая работа, чем-то сходная со сбором пазлов», – говорит Екатерина Воробьёва.
Екатерина Воробьёва показывает Ольге Несмиян только что найденный черепок с волнистым орнаментом – фрагмент миски или крышки от сосуда.
Средневековые ювелиры тоже занимались ширпотребом
Но самая интересная находка нынешнего сезона – половина бронзовой ювелирной формы для отливки нательных крестов. Обычно их делали из камня. До Плёса, по словам Ольги Несмиян, подобные бронзовые находки в небольшом количестве были сделаны только в Новгороде и Пскове.
В матрицу выливали свинцово-оловянистые сплавы и получали дешевые ювелирные изделия – нательные крестики. Это такой средневековый ширпотреб. Форму нашли на раскопе в Заречье, на глубине больше метра (у реки культурный слой гораздо больше, чем на горе). Там же обнаружили часть стеклянного браслета, скорее всего, византийского.
Место на Соборной горе – интереснейшее, и археологи верят, что их ждет еще много находок, которые откроют новые страницы истории Плёса. «Мы пока еще очень мало знаем о крепости 1410 года – времени подъема города. Его уникальность в том, что средневековый слой лежит здесь под самыми ногами – на горе на глубине всего 30-40 сантиметров. Археолог Павел Травкин, сам не раз копавший в Плёсе, и Галина Панченко из исторического отдела местного музея-заповедника сообщили, что в дневнике известных русских художников XIX века Чернецовых эта часть горы называется Башенной. Так что вполне может быть, что на этом углу в крепости действительно некогда стояла башня и мы найдем более явные ее следы», – надеется Ольга Несмиян.
А в нижнем слое на Соборной горе попадаются отдельные кости, в том числе явно человеческие. Можно предположить, что до крепости здесь был могильник. Его история еще покрыта пеленой тайны, которую, возможно, сумеют развеять археологи.
Самая интересная находка нынешнего сезона – половинка бронзовой ювелирной формы для выплавки нательных крестов.
Награда
В ноябре Шуйская археологическая экспедиция вошла в число победителей конкурса президентских грантов на развитие гражданского общества (по направлению «Сохранение исторической памяти»). Для реализации проекта «Плёс – археологический музей под открытым небом» координационный комитет конкурса выделил экспедиции более миллиона рублей.
