Жительница Иванова избавилась от заикания благодаря ребенку

19 ноября 12:32

На примере ивановки Александры Дёмшиной, которая в детстве почти не могла говорить, «ИГ» рассказывает, как можно победить заикание

Приобрела дефект по дороге из цирка

Людям непросто слушать заикающегося собеседника: им становится жалко того, кто так «мучается» речевыми судорогами, и они пытаются заканчивать за него слова и предложения. У человека же с недугом, когда он еще не договорил фразу, а за него уже всё закончили, возникает чувство протеста – он не это хотел сказать. И заикающийся изо всех сил пытается выговорить желаемое.

С приходом технологий жизнь для таких людей стала немного легче. Уже не надо стоять в очереди в магазин и долго объяснять, что тебе нужно купить – всё можно пробить в кассе самообслуживания, а мобильный телефон способен сказать за тебя любую фразу.

Заикание чаще встречается у детей, но и взрослые страдают этим недугом. Первые симптомы начинают проявляться с трехлетнего возраста. «Как-то я шла с братьями из цирка, по дороге сильно разбаловались, я себя плохо вела, – вспоминает ивановка Александра Дёмшина. – Мама, чтобы я угомонилась, отшлепала меня прямо на улице – я так сильно заплакала, что не могла успокоиться до самого дома. Мне стало непонятно, за что меня наказали, было же так весело. Дома бабушка с дедушкой первыми заметили, что со мной что-то не так – я стала заикаться. С этого момента и началась моя жизнь с этим недугом». 

Известный логопед и психотерапевт Леон Миссуловин подробно классифицирует психотравмирующие факторы, провоцирующие речевые судороги. Он рассматривает заикание как полиморфное болезненное состояние. По его мнению, толчком к развитию недуга служит именно острая психическая травма. Специалист выделяет восемь основных групп психотравм. Среди ключевых – контакт с животными, когда возникает внезапный испуг при нападении или появлении, например, собак. Социальные и семейные конфликты: крики и угрозы в присутствии ребенка. Физические факторы: сильное эмоциональное перевозбуждение от зрелищных мероприятий (того же циркового представления).

ШТРИХ. В фильме режиссера Тома Хупера «Король говорит!» измученный сильным заиканием Георг VI обратился за помощью к логопеду Лайонелу Логу, чтобы подготовиться к важнейшему радиообращению к подданным накануне войны с нацистской Германией. В результате королю удается обрести свой голос и уверенность.

Но в раннем возрасте пугаются многие дети, а заикаться начинают единицы, поэтому специалисты полагают, что причиной дефекта при психотравмирующей ситуации может быть предрасположенность к заиканию, наследственность. Способствовать ему могут также инфекции, травмы головы. Если ближайшие родственники – родители или бабушки с дедушками – заикались, то ребенок может унаследовать патологию. Самый важный возраст для наблюдения – до 7 лет, если до этого возраста недуг не проявился, то угроза миновала.

«У меня заикался дедушка, – соглашается Александра Дёмшина. – Он преподавал в химакадемии. Его даже не взяли на фронт, и он уехал в Ленинград учиться. Там какой-то профессор специально для него разработал дыхательную методику, речевые упражнения, гимнастику и за два года вылечил его. Дедушка вернулся на родину и стал преподавать. Сначала очень боялся читать лекции, но преодолел свой страх. Он долгое время никому не рассказывал, что заикался, даже бабушка не знала. Брат мой тоже заикается».   

Речевую проблему решают… молчанием

Если проблема не физиологическая, а психологическая, то она легче поддается корректировке. Терапия заикания начинается с посещения врачей, которые выясняют причину недуга.

Александра Дёмшина вспоминает, как ее с малых лет водили к логопедам: «И будучи взрослой, я ходила лет до 20, наверное. Было много всяких методик. Например, когда говоришь, надо пальчиками отсчитывать каждое слово. Мне советовали электросон, речевые упражнения, дыхательную гимнастику… Ничего не помогало. Я и к психологам ходила». 

До 12 лет Александра более-менее могла разговаривать, что-то ответить на уроках в школе. Потом вообще замолчала.

«Задача психолога – справиться с чувствами, которые могут возникнуть в борьбе с недугом: стеснение, стыд, страх речи, самооценка, тревожность, а также наладить взаимоотношение с другими людьми, – комментирует ивановский психолог Екатерина Куракина. – Начинать нужно с того, чтобы определить причины заикания, с какого момента они возникли. Возможно, потребуется мнение нескольких специалистов: невролога, логопеда, психолога, психиатра... Заикание может быть нейрогенным нарушением – последствием поражения центральной нервной системы, а может быть и психогенным – связанным со стрессом, травмирующим событием».

Важнейший этап в коррекции логоневроза – молчание. Человеку предписывают не общаться какое-то время даже с родственниками. Иногда проводятся групповые занятия, где бывшие заики рассказывают, как преодолели недуг.  

«Я ходила к логопеду на групповые занятия, – вспоминает Дёмшина. – Специалист дала нам задание: всё лето ни с кем не разговаривать и делать упражнения. И я по-честному даже с родителями не общалась. Потом нас попросили пойти в магазин и что-то там купить. Я думаю: ну, всё, сейчас как заговорю. Прихожу, но от волнения опять начинаю заикаться. Какое было разочарование!»

В маршрутке проезжала лишние остановки

Люди, страдающие заиканием, часто не уверены в себе, избыточно впечатлительны, обладают слабой волей. Даже выйти из дома – для них испытание, а уж возможное выступление перед публикой вызывает панику и сильный испуг.

«Раньше телефонов не было. Нельзя было показать продавцу на экране, что я хочу купить. И не было супермаркетов с самообслуживанием. В магазине меня не понимали, давали листочек и ручку, чтобы я написала. Еще у меня была подружка, моя одноклассница. И я ее брала с собой и говорила: «Лена, ты купи мне то-то», – вспоминает Александра Дёмшина. – В маршрутке непросто сказать водителю: «Остановите, пожалуйста». Особенно если далеко от него сидишь. Не раз из-за этого проезжала две, три лишние остановки».

В интернете есть видео от блогера Алёны Жигаловой (проект «Алёна, блин!»), которая берет интервью у российского певца Мити Фомина, признавшегося, что с детства заикание для него было темой абсолютно неприкосновенной. В школьные годы родители затаскали его по бабкам-повитухам, логопедам…

«В 1990-е годы меня тоже водили по всяким экстрасенсам, – говорит Дёмшина. – Мама выводила на сцену, и экстрасенс убеждал: «Всё, ты не заикаешься, давай говори!» Я приходила домой – и всё то же самое. Потом был Кашпировский и Чумак. Мама сажала меня перед телевизором: «Саша, смотри, сейчас ты не будешь заикаться».

Сбылась мечта работать в медицине

Большую роль в обретении собственной речи играет уверенность в том, что ты делаешь. Многие пациенты рассказывают, что нужно говорить медленно, громко и помогать себе жестикуляцией.

«Когда я разговаривала со своим ребенком, то страшно боялась при нем заикаться, потому что есть такое понятие, как подражательное заикание. Ребенок слышит дефект, и ему кажется, что это норма. Я боялась, что, глядя на меня, он тоже приобретет этот недуг. Старалась ни в коем случае не заикаться при разговоре с ним, так и заговорила нормально».  

Теперь Александра Дёмшина не заикается, как раньше, хотя полностью нормальную речь она так и не обрела. Ивановка нашла себя в медицине, куда ее всегда тянуло. В 43 года она пошла учиться на медсестру, стала работать в частной клинике.

КОММЕНТАРИЙ. Ивановский логопед-дефектолог Нина ГОРБУНОВА: – Заикание – это не просто запинки в словах, а сбой во всей системе «человек – среда». Когда ребенок или взрослый начинает бояться собственного голоса, он невольно сужает свой мир до безопасного круга, где его не перебьют и не переспросят. Это бьет по самооценке гораздо сильнее, чем любое нарушение звукопроизношения. Именно поэтому механическое произношение скороговорок дома перед зеркалом часто не только бесполезно, но и вредно – оно лишь усиливает тревогу и закрепляет страх ошибки. Работать нужно не столько с мышцами языка, сколько с мышечным зажимом в теле и тревогой в голове. Хорошая новость в том, что заикающийся человек абсолютно нормален интеллектуально и эмоционально. Его мозг просто выбирает не самый удобный путь для запуска речевого сигнала. Современный подход учит не «бороться» с заиканием, истощая нервную систему, а управлять им. Когда уходит паника, уходит и вторичный страх, а за ним, как правило, ослабевают и сами речевые судороги. Человек получает главное – право голоса и уверенность в том, что он будет услышан.

Виктория МЕЛЬНИКОВА

Читайте также
«Всё в мире перемелется, останется любовь»: Михаил Дудин в воспоминаниях дочери
В Плесе сборы от туристов превысили 6 миллионов
В Комсомольского районе глухарь наведывался к домашним курам