Тейковского фельдшера дипломированный врач
назвал шарлатаном
Село Иваново в начале XIX века по числу населения почти не уступало губернскому городу Владимиру. Однако врачей в Иванове долгое время не было. На весь Шуйский уезд, к которому относилось село, полагался один уездный лекарь. В 1817 году управляющий Ивановской вотчиной графа Дмитрия Шереметева Яков Гофман «приискал к пользованию ивановских жителей от случающихся болезней» ушедшего в отставку нерехтского уездного штаб-лекаря Густава Клингена. Но управляющего в селе не любили, так что и к приезжему доктору отнеслись настороженно. В марте 1820 года неизвестные ограбили квартиру лекаря, после чего Клинген почел за благо перебраться в Шую.
Одним из первых «частнопрактикующих» врачей в Иванове стал отставной лекарь Дмитрий Попов. В марте 1842 года он завел успешную практику и быстро «снискал доверенность и внимание» жителей. Пользовавшиеся его услугами лица выразили желание «иметь его при своих домах и фабриках лекарем с правом государственной службы». Однако губернатор Пётр Донауров ивановцам в этой просьбе отказал: такие лекари полагались только уездным городам.
ФАКТ. Ежегодно Совет больницы возбуждал несколько дел о взыскании денег за лечение. Так, в январе 1867 г. в лечебницу попал сотский земской полиции Агап Афанасьев. Провел на лечении он десять дней, так что остался должен больнице 7,5 руб. Поскольку из города пациент уехал, искали его очень долго. Добрались до Агапа только к февралю 1872-го. Но оказалось, что платить ему нечем. Никакого имущества Афанасьев не имел, а содержал себя поденной работой.
«Ученые» врачи крайне негативно относились к тем, кто брал на себя их функции без наличия соответствующего диплома. В феврале 1849 года на «шарлатана» пожаловался проживавший в Иванове отставной штаб-лекарь Яков Миллярд. Его претензии были адресованы отставному фельдшеру Ивану Григорьеву. Отслужив в своем полку почти четверть века и поселившись в Тейкове, тот безвозмездно помогал многим жителем села «как советами, так и наружными средствами». Узнав об этом, Миллярд сообщил в губернскую врачебную управу, что тейковский фельдшер «шарлатанством своим причиняет большой вред, прописывая несоответственные внутренние лекарства».
Выяснилось, что все рецепты были выписаны правильно, благодарные Григорьеву жители Тейкова даже представили аттестат, что его пациенты «получили всё облегчение». Тем не менее человеколюбивому фельдшеру пришлось дать подписку, что впредь врачебной практикой он заниматься не будет.
Первый директор платил персоналу жалованье
из своего кармана
Первый проект больницы в Иванове возник еще в 1830-е годы, когда богатые жители села массово стали выкупаться из крепостной зависимости. На устройство 30-кроватной больницы предполагалось затратить 20 тысяч рублей. Их должны были собрать фабриканты, «разложив оную соразмерно заведениям своим». Впрочем, этот проект так и не был реализован, утонув в недрах шереметевской канцелярии.
После образования в 1853 году Вознесенского посада, поселения свободных людей, согласия вотчинных властей на устройство больницы уже не требовалось. Однако и имперские чиновники были не слишком поворотливы. Владимирский губернатор Егор Тиличеев изъявил согласие на устройство больницы в Вознесенском посаде в марте 1857 года, а положение о больнице чернорабочих было утверждено лишь 22 февраля 1860-го. Именно с этой даты отсчитывалась история больницы в дореволюционной России.
Значимую роль в создании больницы сыграли три человека. Фёдор Петрович Зубков пожертвовал для нее участок земли (причем сам он до открытия не дожил – скончался в 1860 году, даже не успев документально подтвердить факт дарения). Яков Петрович Гарелин наблюдал за постройкой основного корпуса, пожертвовал для больницы белье и книги. А завершал строительство больницы его двоюродный брат Иван Никонович Гарелин – первый директор больницы.
Директору пришлось за свой счет закупить немало оборудования – от мебели до инструментов. Он же в первые месяцы выплачивал жалованье персоналу. Директор возглавлял Совет больницы, состоявший из трех человек. Кроме него, в совет входили эконом и больничный врач.
Избирались эконом и директор на три года на общем собрании местных фабрикантов. Директорами обычно становились промышленники «первого ряда». В экономы сначала попадали менее значительные лица, но с 1880-х годов среди них появляются и известные фигуры – Дмитрий Бурылин, Яков Фокин, Лаврентий Гандурин...
Выбирались они также на общем собрании фабрикантов. Обычно приглашалось на него более 60 человек, а являлось менее 20. Выдвигались по две или три кандидатуры на пост, после чего проводилось голосование по общей для того времени процедуре – с помощью черных и белых шаров. Победителю доставалась честь руководить больницей, проигравшие становились «кандидатами», готовыми заменить директора или эконома в экстренном случае.
ШТРИХ. До строительства современного здания на улице Любимова областная больница размещалась в районе нынешней Станционной, в историческом здании больницы для мастеровых и рабочих.
Для лечения рабочим надо было получить билет
Формально больницей до 1867 года управлял Владимирский приказ общественного призрения, затем – Вознесенская посадская дума, а с 1872 года – городская дума Иваново-Вознесенска. Реальными хозяевами ее были фабриканты – участие думы ограничивалось утверждением сметы содержания больницы и проверкой отчетных документов.
Юбилейный отчет Иваново-Вознесенской больницы мастеровых и рабочих за 1910 год.
Больница была учреждена «для доставления мастеровым и рабочим в Вознесенском посаде и селе Иванове способов к получению врачебного пособия». В первые годы большую часть ее бюджета составляли «билетные взносы». Больничный билет на год стоил 70 копеек и «выбирался» не самим рабочим, а его хозяином. Если рабочий являлся в больницу без билета, взыскивался штраф в десятикратном размере – и тоже не с рабочего, а с его хозяина.
Принимались на лечение и сторонние люди – из расчета 75 копеек в день. Правда, взыскать с них деньги нередко было затруднительно.
Еще хуже обстояли дела с привлечением к ответственности хозяев рабочих, особенно содержателей строительных артелей, в которых трудилось от 100 до 200 человек. Они получали немалые барыши, но к социальному обеспечению своих рабочих относились пренебрежительно. А самое главное: небольшой больничный сбор (увеличить его нельзя было по закону) не покрывал растущих из-за инфляции расходов на содержание заведения. Между тем потребности больницы росли: численность пациентов увеличивалась, а больничный инвентарь и здания старели. В связи с этим в сентябре 1885 года директором больницы Мироном Ямановским была созвана комиссия для изыскания средств к устранению дефицита в бюджете больницы. Было решено принять строительные расходы по больнице на добровольные пожертвования фабрикантов – необходимая сметная сумма распределялась между ними по числу рабочих.
К февралю 1892 года ежегодный дефицит больничного бюджета поглотил большую часть запасного капитала лечебницы. На очередной год дефицит составил почти половину бюджета – 12 000 из 25 000 рублей. Для его ликвидации дума предложила удвоить сбор с больничных билетов. Но в Министерстве внутренних дел это предложение не поддержали. Тогда фабриканты решили проблему обычным способом: приняли дефицит на свои средства, распределив «сообразно с количеством рабочих на фабриках». Так больница фактически перешла на их обеспечение – «больничный сбор» с промышленных фирм стал ежегодным, а к 1910 году его общая сумма превысила 1,1 млн рублей. Соответственно, избранный фабрикантами директор был единоличным хозяином заведения, и не всегда это нравилось горожанам.
Тем не менее к 1917 году «чернорабочая» больница была крупнейшей в губернии и одной из самых заметных в России.
КСТАТИ. В Государственном архиве Ивановской области с 26 июня работает выставка, посвященная юбилею больницы. Представлено около 120 экспонатов: документы, издания и фотографии разных лет, рассказывающие об истории лечебного учреждения вплоть до 1970 года.
