16 декабря 2018
ИВАНОВСКАЯ ОБЛАСТЬ ...

Телефон: +7 (4932) 41-94-81

Email: ivgazeta@bk.ru
Реклама: igreklama@bk.ru
Подписка: igpodpiska@bk.ru

Общество 4 мая 2011, 23:59 1039

Как ивановцы сочиняли послание барону Маннергейму

Ответ Михаила Дудина на призыв маршала сдаться стал известен по всему фронту...

Война - страшное дело: жестокость, кровь, пот, страдания и муки всего живого. Но среди этой неизбежности необходимо жить и бороться, противостоять врагу. И в этом в Великую Отечественную нашим бойцам по-настоящему помогали хорошая шутка, ядреный народный юмор, а иногда и злая сатира.

Михаил Дудин и Борис Пророков обороняли полуостров Ханко

В первый раз мне довелось услышать об этой истории в 1960-е годы от ивановских литераторов. За нашим земляком поэтом Михаилом Дудиным как легенда шла молва о написании им письма финляндскому барону Маннергейму. Финляндия во 2-й мировой войне была союзницей Германии, а ее профашистским маршалом -

Карл Маннергейм.

Легенда легендой, но долгое время не удавалось прочесть текст самого письма. Оно было памятно ветеранам войны, но его пересказ они сводили лишь к общей оценке - как документа в духе письма запорожцев турецкому султану. Помог сам Дудин: на рубеже 1980-90-х он опубликовал свои воспоминания об этом. С тех пор минули три десятилетия, и сегодня не лишне вспомнить о необычном послании.

Осень 1941-го была самым тяжелым периодом войны. К Москве рвались немецкая авиация, танки Гудериана, мотопехотные части оккупантов. На Балтике финские и немецко-фашистские войска сжимали Ленинград в кольцо блокады.

Важным узлом обороны здесь был полуостров Ханко. Небольшой по площади - длиной 23 километра, в ширину- 3-5 км - он запирал Финский залив, преграждая врагу путь к городу на Неве. Здесь базировались два стратегических аэродрома, две базы подводных лодок и торпедных катеров, гарнизоны морской пехоты и дальнобойных орудий береговой обороны.

В героической обороне Ханко участвовали два наших земляка, ставшие известными всей стране - 25-летний поэт Михаил Дудин и 30-летний Борис Пророков, позднее - народный художник СССР. Тогда их свела редакция гарнизонной газеты “Красный Гангут”.

Из газеты письмо перекочевало в листовку

В октябре 1941-го Маннергейм в агитационном радиообращении к нашим морякам призвал их прекратить борьбу и сдаться в плен. При этом так увлекся, что, обещая всевозможные блага, назвал их “доблестными защитниками Гангута” (мыса на полуострове Ханко. – Ред.). Это вызвало возмущение оборонявших Ханко, что и отразилось в эмоциональном ответе, подготовленном поэтом и художником.

Дудин приступил к делу, устроившись на верхнем, шестом этаже Дома флота, в котором располагались редакция и типография “Красного Гангута”, а когда финны усилили артобстрел здания, перебрался в подвальное помещение.

На следующее утро текст послания уже опубликовала газета “Красный Гангут”. Ее оперативно доставили во все подразделения гарнизона, где письмо барону получило восторженную поддержку: каждый счел его своим личным ответом. Краснофлотцы засыпали редакцию просьбами выделить экземпляр газеты лично каждому, чтобы можно было отослать ответ барону родным или друзьям - пусть тоже посмеются. В связи с этим было решено отпечатать текст послания отдельной листовкой. При дефиците бумаги ее изыскали сначала на 3000 экземпляров.

Трудились с вечера и всю ночь. Борис Пророков оформил листовку в соответствии с жанром и стилем ответа - нарисовал заголовок, весь текст обрамил незатейлевым орнаментом. Помогавший ему матрос с торпедного катера Иван Шпульников перевел письмо на линолеум для изготовления типографской плашки. На тысяче отпечатанных экземпляров текст был подкрашен, а орнамент - даже под бронзу.

Ответ барону отправляли с помощью самодельных луков

На следующее утро листовки уже распространялись на Ханко. Получив их на передовой, многие краснофлотцы, вдоволь насмеявшись, поделились листовками с противником. Они изготовляли стрелы, крепили к ним свернутые в трубочку листовки и из самодельных луков отправляли через колючую проволоку в сторону врага.

Такая идея нашла поддержку. Было дополнительно отпечатано 1000 экземпляров, и летчик Бринько сбросил их над Хельсинки. Зная, что Маннергейм владеет русским языком (он долго жил в царской России, дослужился до звания генерал-лейтенанта Русской Императорской армии. – Ред.), защитники Ханко надеялись, что барон прочтет их послание.

На характере ответа барону Маннергейму сказался нрав защитников Ханко. Они все относили себя к морякам, если даже несли службу на суше. Моряки считали себя элитой Вооруженных сил. На сухопутном фронте они пренебрегали касками, шли в атаку в распахнутых бушлатах, чтобы не скрывать тельняшки. Сформированные из них пехотные части назывались морской пехотой, авиационные - морской авиацией, артиллеристы - морской артиллерией. Враг же прозвал моряков “черной смертью”. Как утверждают фронтовики, свою гибель моряки предпочитали плену. И приглашая моряков Ханко в плен, Маннергейм задел их гордость и честь.

Написанный Дудиным ответ стал как бы отповедью врагу. Его вскоре знали на всей Балтике, на кораблях других морей, перепечатывали газеты разных фронтов.

Теперь же этот документ стал раритетом военной поры, сохранился в основном в центральных архивах и библиотеках. Спустя почти 70 лет приводим его с небольшими сокращениями.

“Сиятельному палачу финского народа, кавалеру бриллиантового, железного и соснового креста барону Маннергейму…

Намедни соизволил ты удостоить нас великой чести, пригласив к себе в плен. В своем обращении, вместо брани, ты даже льстиво назвал нас доблестными и героическими защитниками Ханко

Хитро загнул, старче. (Маннергейму в то время было 74 года. – Ред.) Всю темную холуйскую жизнь ты драил господские ж...

Но мы народ не из нежных, и этим нас не возьмешь. Зря язык утруждал. Ну хоть потешил нас, и на этом спасибо тебе, шут гороховый.

Всю жизнь свою проторговав... совестью, ты... торгуешь молодыми жизнями финского народа, бросив их под вонючий сапог Гитлера. Прекрасную страну озер ты залил озерами крови. Так как же ты, грязная сволочь, посмел обращаться к нам, смердить наш чистый воздух?!

Не в предчувствии ли голодной зимы, не в предчувствии ли взрыва народного гнева, не в предчувствии ли окончательного разгрома фашистских полчищ ты жалобно запищал, как загнанная крыса?

Короток наш разговор:

Сунешься с моря - ответим морем свинца!

Сунешься с земли - взлетишь на воздух!

Сунешься с воздуха - вгоним в землю!

Красная Армия бьет с востока, Англия и Америка - с севера, и не пеняй, смрадный иуда, когда на твое приглашение мы - героические защитники Ханко - двинем с юга! Мы придем..!

До встречи, барон! Долизывай, пока цела, щетинистую ж... фюрера.

Гарнизон советского Ханко.

Месяц октябрь, число 10, год 1941”.

Как уже было сказано, у моряков Ханко это злое ироническое послание вызвало душевный подъем и, думается, внесло свой вклад в будущую победу над врагом. Для Дудина авторство стало вехой в его скорой широкой известности.

Фото: На призыв сдаться Карл Маннергейм получил достойный ответ, автором которого был Михаил Дудин.

Поделиться

Комментарии

Комментариев пока нет

Добавить комментарий:

Имя:

Вы можете получать оповещения о новых комментариях — для этого просто зарегистрируйтесь на сайте или войдите.

Читайте также в рубрике «Общество»

Лента новостей

Вся лента новостей
18+

Телефон: +7 (4932) 41-94-81

Email: ivgazeta@bk.ru
Реклама: igreklama@bk.ru
Подписка: igpodpiska@bk.ru

Нажмите Ctrl+Enter,
чтобы сообщить об опечатке