Впечатлил приемную комиссию игрой на гуслях
– Андрей Вячеславович, нередко «музыкальный ген», любовь к творчеству передаются по наследству. Как было в вашем случае?
– Я верю, что многое из детства. Мое детство было обычным для того времени, и родители отношения к музыке не имели. Но в доме культуры в нашем селе Морозово Гаврилово-Посадского района, где я жил, был оркестр духовых инструментов, которым руководил Александр Попов. В коллектив в 1970-х годах принимали мальчиков с десяти лет. Руководитель был сильный, преподавал нам основы музыки, учил обращаться с инструментом.
ШТРИХ. 95% участниц хоров, которыми руководит Андрей Кузнецов, – женщины. Но есть и двое мужчин. Так, в Тейкове занимается Борис Воронков, у него тоже есть музыкальное образование и ему прилично за 80. Он играет на балалайке и гитаре, а на репетиции приезжает на мотоцикле.
В то время была традиция – на похороны приглашать духовой оркестр, а потому нас нередко снимали с уроков, что нравилось многим ребятам. Мне же нравилась музыка, любил осваивать инструменты, ощущать, как они начинают звучать в моих руках. Задумывался об учебе в музыкальной школе, но она была платной, а я рос в обычной, небогатой семье – денег на это не было.
– Когда пришло решение связать жизнь с музыкой и культурой?
– По первому образованию я железнодорожник – поступил учиться за компанию с друзьями и из-за стипендии. Но устроившись на работу, быстро понял, что в этой профессии нет никакой романтики, труд очень специфический и сложный. А потом – армия и опять музыка! Я служил в отдельной дивизии оперативного назначения имени Дзержинского, и у нас был штатный духовой оркестр. Узнал, что в нем освободилось место, и сказал: «Возьмите меня, я умею!» Там всё было гораздо серьезнее, чем в Морозове: руководитель окончил столичную консерваторию, многие ребята тоже были с образованием. Приходилось учиться, заниматься. Тогда, наверное, и пришло окончательное убеждение, что хочу связать жизнь с музыкой. Собственно, так и вышло. Даже в самые трудные времена – по личным и материальным причинам – я с ней не расставался: устроился в клуб художественным руководителем и поступил в училище культуры...
– А позднее получили и высшее образование – в институте культуры в Москве.
– Да, и это благодаря еще одному человеку, который сыграл значительную роль в моей жизни, – Петру Панфилову, выпускнику Музыкально-педагогического института имени Гнесиных, трагически и рано погибшему в Суздале. Пётр Иванович был активным пропагандистом русских народных инструментов, виртуозно играл на владимирском рожке. Мы ездили по области с выступлениями – это было интересно, ярко. Я записывал тогда некоторые вещи и использую их в работе до сих пор. Панфилов посоветовал мне учиться дальше – заочно, так как в то время я уже обзавелся семьей. Помню, при поступлении сыграл на дудочке и гуслях, чем, видимо, и впечатлил приемную комиссию.
Дежурил охранником и готовил репертуар
– Зарплаты в сфере культуры никогда не были высокими, а потому творческие профессии считаются скорее женскими. Как вам, главе семьи, удалось найти компромисс – не бросить любимое дело и прокормить семью?
– Ну конечно, на протяжении жизни периодически такой вопрос я себе задавал: не уйти ли из профессии? И я даже пытался это сделать, но свободное время все равно отдавал музыке. Например, в 1990-е пришлось уволиться из ДК и пойти на спиртзавод в Петровском. А в 2000-х уехал работать охранником в Москву. У меня появилось больше времени – на вахте я писал ноты, готовил программу, а по возвращении занимался культурой. Из того времени мне особенно запомнилась работа с детьми: я создал фольклорный ансамбль «Дедовы внучки», в котором пела в том числе и моя внучка, которая в то время с братом жила со мной. Мы изучали с ними народные традиции и инструменты, пели колядки. Это был для меня новый, но очень приятный опыт...
– Вы всю жизнь чему-то учитесь. Сколько инструментов освоили на сегодня?
– Кроме инструментов, на которых я играл в духовом оркестре, это гитара (на ней я девочкам играл и пел еще в юности), балалайка, аккордеон, гармонь, народная флейта, пианино, гусли, дудочка... Некоторые инструменты мне дарят. Например, аккордеонов у меня порядка шести, а гармошек – десять. Какие-то я сам покупаю и ремонтирую – мне нравится их «оживлять».
Девять лет назад получил права и купил машину, что позволило мне снова полностью посвятить себя любимой работе. Свобода передвижений помогла мне одновременно руководить несколькими коллективами, а также быть мобильным со всеми артистами даже при отсутствии транспорта для выступлений. У меня сейчас три машины, так как все они старенькие, и нужно, чтобы хотя бы одна всегда была на ходу. Один автомобиль – многоместный, и если вдруг нам нужно на выступление, то везу своих хористок. Женщины знают, что я еду и пою: «Еду я ухабами, не один, а с бабами!»
Даже собака в доме – поющая
– Как вам удается быть хормейстером сразу нескольких коллективов?
– Точнее трех – в Тейкове, Суздале и Непотягове Гаврилово-Посадского района. Еще я работаю культорганизатором в центре соцобслуживания в Тейкове, провожу тематические программы в Леушине. В коллективах занимаются в основном те, кому прилично за пятьдесят. Это женщины разных профессий, с разной судьбой. Но тяга к прекрасному, к фольклору, музыке, песне живет в каждой из них. Самой старшей нашей участнице было 86 лет, самой младшей – 40 (она пришла сама и привела маму). Мой главный принцип – чтобы им все нравилось. Я хочу, чтобы все на сцене выглядели эстетично, настаиваю, чтобы они следили за собой, были здоровы, учу улыбаться. Знаете, наши русские женщины часто не умеют улыбаться – не до улыбок им раньше было, жизнь у них такая.
Наши коллективы – скорее клубы по интересам. Мы много разговариваем. А в Суздале еще и чай пьем после каждой репетиции – каждый приносит что-то вкусненькое. Стараемся дружить. У нас, кстати, есть чаты, куда мы сбрасываем рабочий материал и обсуждаем организационные моменты.
Хор «Звонница» давно полюбился старшему поколению.
– Как относятся к вашей верности культуре близкие?
– Дома я не играю, так как живу в панельном здании и у нас хорошая слышимость – могут начать стучать соседи. А еще у нас поющая собака – Дейзи, породы джек-рассел. Мы взяли ее с рук, и прежние хозяева не рассказывали, что она поет. Но только стоит мне взять в руки инструмент, как она садится рядом и поет. Попадает в тональность, но меня ее пение часто сбивает. Я беру ее на репетиции, и у нас выходит еще и такая собакотерапия – женщины ее любят и подкармливают вкусненьким. В итоге репетирую я на дачном участке, никому не мешая.
Да, в день я проезжаю по 200 километров, минимум – 100. На бензин трачу в месяц одну четвертую зарплаты и работаю в нескольких местах. Но главное, мне нравится то, что я делаю. Нравится видеть счастливые улыбки хористок, приятно получать благодарные слова и объятия наших зрителей, порой одиноких и никому не нужных стариков. Мы с участницами хоров часто ездим с концертами в дома престарелых. И приятно бывает, что, услышав песню или гармонь, даже лежачие встают, улыбаются. Это дорогого стоит! Или вот ходил в детский сад, знакомил ребятишек с инструментами. Видели бы вы их интерес! А казалось бы, это современные дети, которых интересуют только гаджеты...
МНЕНИЯ. Нина БУТОВА, старейшая участница народного вокального ансамбля «Звонница» (Суздаль): – Я давно хожу в хор, пережила несколько руководителей, и мне есть с кем сравнить. Нам очень повезло с Андреем Вячеславовичем, который руководит «Звонницей» с 2024 года. Благодаря ему в хоре хороший микроклимат. Мы репетируем по три часа дважды в неделю, затем пьем чай, беседуем, хотя по сути он тратит на нас личное время. Ведь ему еще добираться до дома около 40 километров. Репертуар у хора разнообразный: и патриотические песни, и народные, и про любовь... Мы ездим с концертами в дома престарелых, поем на районных мероприятиях, участвуем в фестивалях. Лично для меня также важно, что это настоящий профессионал, человек с высшим образованием, колоссальным опытом работы и ученик Петра Панфилова.
Надежда БЕЛОУСОВА, староста хора «Русская песня» (Тейково): – Андрей Вячеславович руководит хором пять лет. С первых моментов общения было понятно, что это человек образованный, талантливый и что нам очень повезло. Он не просто гармонист и руководитель, хороший человек, а еще и иногда наш водитель. Бывает, что мы остаемся без машины, но назначено выступление – и он везет нас на своем авто.