Детство омрачила семейная драма

Предки художника по отцовской линии были крестьянами из деревни Останиха современного Лежневского района. Именно оттуда в Иваново-Вознесенск перебрался дед Бориса Ивановича – Мефодий Пророков. На улице Черкасской он построил дом.  

Борис Пророков родился 26 апреля (по новому стилю – 9 мая) 1911 года. Запись о его рождении зафиксирована в метрической книге Крестовоздвиженской церкви. Он был вторым ребенком в семье.

Отец семейства Иван Мефодьевич – химик-самоучка, более 50 лет проработал на иваново-вознесенских фабриках химиком-колористом. В документах управы сохранилось его прошение на имя городского головы от 26 марта 1908 года о разрешении открыть вместе с компаньоном Кабановым лабораторию (завод) по производству туалетного мыла.

Семья Пророковых до определенного времени жила счастливо. Среди домочадцев царила творческая атмосфера, которая оказала большое влияние на мировоззрение юного Бориса. Рисование и музыка стали частью окружающего мальчика мира.

Мать художника, Марфа Кисличенко, родилась в 1886 году в Киеве, по национальности украинка. После смерти отца жила у сестры в Орехово-Зуеве, потом в Иваново-Вознесенске. Будучи замужем за Иваном Пророковым, поступила в музыкальные классы на сольное пение. Супруг, видя ее прекрасные вокальные данные, настоял, чтобы она училась в Московской консерватории.

ДОСЛОВНО. В личном архивном фонде преподавателя Ивановского музучилища Ефимова хранятся письма старшей сестры художника Галины Урновой-Пророковой. Из ее воспоминаний: "Отец был человеком, одержимым музыкой. С юных лет научился играть на скрипке. В доме постоянно звучала музыка. Занимались родители, приходили друзья-музыканты. Играли трио, квартеты, пели. Отец был активным членом Иваново-Вознесенского отделения Императорского музыкального общества, играл в оперном и симфоническом оркестрах музыкального училища. Позднее в Доме инженера и техника он организовал музыкальный кружок из любителей. Дома у нас было свое семейное трио: папа – скрипка, брат Борис – виолончель, я – фортепиано".

Из статьи ивановского журналиста-краеведа Виктора Бяковского "Драмы и подвиги Бориса Пророкова", хранящейся в облархиве, известно, что после окончания консерватории Марфа Андреевна не жила с семьей четыре года: с младшим сыном Александром она уехала к другому мужчине. Всё это время Бориса и его сестру Галю воспитывал отец. Мальчик очень переживал, тосковал по матери и свою боль пытался заглушить рисованием. Изображал войну, солдат, очереди за хлебом...

После возвращения Марфы Андреевны муж простил ее, но былого счастья в семье уже не было. В 1930-е годы Пророкова работала певицей-солисткой на радио, вела кружки сольного пения. В 1949-м уехала в Москву, где жила у Бориса.

Первый плакат – против фашизма

Профессию художника Борис выбрал еще в детстве. Будучи учеником школы № 30, печатал свои рисунки в "Комсомольской правде". В 1929 году на конкурсе художественных корреспондентов газеты он получил первую премию: путевку на учебу в Московский полиграфический институт. Пророков становится студентом художественно-графического факультета. Так начинался его профессиональный путь в искусстве.

Художник работает в журналах "Смена", "Крокодил". Его сатирические листовки, плакаты, графические рисунки посвящены борьбе с нарождающимся в Европе фашизмом. Первая работа Пророкова в жанре острой изобразительной публицистики – рисунок-плакат "Фашизм – враг культуры".

Когда началась Великая Отечественная война, Пророков был уже известным художником. Его звали в газету "Красная звезда", давали бронь, но он рвался на фронт. Главное политическое управление ВМФ направило Бориса на полуостров Ханко (Гангут) на севере Финского залива, где шли кровопролитные бои. Оружием художника был не только автомат, но и остро отточенный карандаш художника-газетчика. Вместе с ивановским поэтом Михаилом Дудиным Пророков вел в боевой многотиражной газете "Красный Гангут" сатирическую рубрику "Гангут смеется". Карикатуры-плакаты, рисунки, шаржи разили врага сатирой и поднимали моральный дух красноармейцев.  

ЩТРИХ. Много раз смотрел Пророков в глаза смерти. Однажды осколок снаряда ударил в рюкзак на спине художника. Там находилась старинная деревянная икона Николая Чудотворца, вынесенная им из горящего дома и служившая походной чертежной доской. Она и спасла его.

Художник прошел всю войну. В блокадном Ленинграде участвовал в выпуске серии плакатов-листовок "Балтийский прожектор", в 1942 году – в боях под Новороссийском, в 1944-м – в освобождении Выборга. Фронтовые впечатления Бориса Пророкова отразились в сериях островыразительных рисунков карандашом "Арийские вояки", "Балтика", "Черное море"... Находясь в рядах 255-й бригады морской пехоты под Новороссийском, Борис Иванович создал журнал "Полундра", который пользовался популярностью у бойцов. Рисунки с короткими остроумными текстами были основаны на конкретных фактах.

Общался с выжившими в концлагере

Ивановский художник стал очевидцем фашистского злодеяния в Эстонии на острове Клоога, где был устроен концлагерь. Уходя, немцы решили сжечь заключенных: в один ряд укладывались обрубленные березовые стволы, в другой поперек дров ложились живые люди. Их тут же расстреливали. Новая партия узников укладывала бревна на расстрелянных и ложилась поперек бревен. Дети кричали. Фашисты подожгли костер.

А вскоре подошли наши десантники. Борис Пророков прибыл с одним из передовых отрядов. Несколько заключенных остались в живых. Среди них – женщина, которая исступленно кричала. Сияло голубое, спокойное небо, золотились березы. А от костров шел смрад, виднелись обугленные тела и кучи золы. У Бориса Ивановича не поднялась рука всё это зарисовать. Единственное, что он сделал, – это беглый набросок той женщины. Он вспомнил о ней, когда писал "Проклятье палачам".

МЕЖДУ ТЕМ. 9 мая 1945 года День Победы и день своего рождения Пророков встретил в Берлине. Вместе со своим другом художником Леонидом Сойфертисом они спустились в подземный бункер имперской канцелярии. Увидели на столе большой фотопортрет Гитлера. Оба взяли в руки валяющиеся на полу угли от сгоревшей крыши и принялись за работу. Мгновенно фотография превратилась в злой шарж. А Пророков вынул из письменного стола фюрера его именной бланк с факсимильной подписью и сделал на нем свою последнюю карикатуру на Гитлера – череп и кости, пронзенные красным штыком...

На фронте художник получил две тяжелые контузии, отголоски которых преследовали его до конца жизни. В последний свой день рождения, в 1972 году, он написал: "В годы Великой Отечественной войны мы с оружием в руках вернули миру мир… Я был солдатом советской армии и горд этим..." За героизм и самоотверженность Пророков награжден орденом Красной Звезды и медалью "За боевые заслуги".

Память о военном художнике Борисе Пророкове увековечена в его родном городе. В 1980 году в Иванове создан мемориальный Дом-музей художника, а в 1981-м улица Черкасская переименована в Пророкова.