17 января 2018
ИВАНОВСКАЯ ОБЛАСТЬ ...

Телефон: +7 (4932) 41-94-81

Email: ivgazeta@bk.ru
Реклама: igreklama@bk.ru
Подписка: igpodpiska@bk.ru

Дела архивные 26 сентября 2017, 16:59 547

Кому кутить – кому платить

Повестка о вызове Фёдора Иванова в волостной суд по иску Семёна Антонова.
Повестка о вызове Фёдора Иванова в волостной суд по иску Семёна Антонова.
В бедной на развлечения российской деревне свадьба была, пожалуй, главным событием в жизни крестьян – причем не только для семей жениха и невесты, но и для всего сельского общества. «Свадебные происшествия» нередко становились предметом судебных разбирательств. Об этом свидетельствуют документы из архивных фондов волостных судов и земских начальников.

«Любопытные зрители» просили «на орехи»

Вот прошение новоназначенного в село Авдотьино священника Купрессова. 12 ноября 1903 года он жаловался, что в Авдотьине «у многих из крестьян существует привычка, возмущающая религиозное чувство». А именно: «мужчины и женщины, взрослые и малые» во время венчания собирались у церкви и требовали «с участников свадебных поездов кто на вино, кто на пряники и орехи», не гнушаясь при этом «упреками в жадности и скупости, а часто и вовсе ругательствами».

Возмущенный этим обычаем, Купрессов принял «пастырские меры», возгласив с кафедры о неуместности «свадебных поборов». Однако большинство крестьян увещевания проигнорировали, а многие даже выразили недовольство, обзывая батюшку «ругательными словами».

10 ноября в Авдотьинской церкви венчался представитель интеллигенции – учитель Иваново-Вознесенской торговой школы. Он попросил священника «о недопущении на венчание любопытных зрителей». Поэтому, когда в церкви стала собираться обычная толпа, Купрессов попытался удалить ее. На это он получил жесткую отповедь от крестьянки Тороповой: «Чай, ты у нас не первый, нас все священники пускали, ишь какую моду выдумал, не пускать глядеть на свадьбу». Когда же уязвленный священник заметил ей, «чтобы она не особенно много рассуждала, не выйдя из церковной паперти», Торопова «и вовсе вошла в азарт»: «Ишь ты, какой косматый дьявол навязался, вот мы тебя оглоблями-то скоро назад поворотим, живо у нас уберешься».

Священник посчитал это (и вполне справедливо) оскорблением при исполнении служебных обязанностей и обратился к земскому начальнику. Однако на суде он не стал настаивать на обвинении, простив крестьянку.

Невеста передумала… на 75 рублей

Понимание свадьбы как общего праздника накладывало серьезные обязательства на ее устроителей. Прежде всего нужно было организовать застолье, в котором участвовали едва ли не все жители деревни. Не менее важным было соблюдение многочисленных обычаев, также требовавшее немалых трат.

О составе «досвадебных» расходов дает представление исковое заявление крестьянина Антонова из деревни Аксенихи Юрьевецкого уезда. По его словам, 17 января 1902 года они с крестьянином той же деревни Ивановым «помолвились учинить брачный союз» сына Антонова – Андрея и дочери Иванова – Пелагеи. Антонов выдал Иванову 75 рублей на подготовку застолья. Помолвка была отмечена пирушкой, в ходе которой участники употребили на 7,5 рубля ведро водки и на 40 копеек – «разной закуски». По обычаю жених лично отнес невесте гостинцы (конфеты, орехи и печенье на 1,5 рубля). Заранее были уплачены деньги и священнослужителям (8 рублей). Через два дня был собран девичник, для которого приобрели продуктов (пшеничной муки, говядины и т. д.) на 15 рублей.

Все эти расходы легли на плечи Антонова, однако в последний момент невеста… от свадьбы отказалась. Отец жениха получил обратно «столовые» 75 целковых, а также деньги от священнослужителей. Однако он решил взыскать с Иванова и остальную сумму. 30 января Семёновский волостной суд частично удовлетворил его иск, присудив Антонову компенсацию в размере 7,5 рубля.

Это возмутило Иванова, и он обратился к земскому начальнику. По его словам, при помолвке выпивали водку как купленную на деньги истца, так и на его личные, «а кто больше выпил, расчет произвести едва ли возможно». Причем он был «вполне уверен, что с моей стороны гости выпили водки и съели закусок много меньше» (с его стороны гостей было четверо, а со стороны Антонова – 10 человек). Иванов не желал переносить дело в суд: «Ведь я этому не виноват, если дочери моей не по мысли жених, неволить же ее я не могу». Однако настойчивость Антонова рассердила его: «Если уж он начал хлопотать, то я ему не желаю заплатить и заявляю, что на все свои убытки буду предъявлять законные иски».

«Законные иски», однако, предъявлять не пришлось: на заседании Юрьевецкого уездного суда сторонам разъяснили, что «вступление в брак совершается по обрядам церкви и не может обуславливаться никакими обязательствами и быть предметом гражданских сделок».

Свадебные долги сыновьям не прощали

В приведенной выше истории обращает на себя внимание огромная сумма «столовых денег» и внушительный счет на подготовку к свадьбе (средняя зарплата фабричного рабочего тогда составляла всего 15 рублей в месяц). Поскольку большинство крестьянских хозяйств не имели возможности единовременно выделить подобную сумму, свадьба обычно проводилась в кредит. Но далеко не всегда удавалось вернуть его вовремя.

30 мая 1912 года крестьянин деревни Баранницы Лежневской волости Голубев жаловался на своего сына Александра, которого женил в 1909-м. «Конечно, всякому известен крестьянский быт, – замечал он в прошении, – денег своих на свадьбу не было и пришлось таковые занять». Он занял по 100 рублей у крестьян Солдатова и Шиганова. Однако сын долга не отработал и ушел из семьи… Волостной суд Голубеву в иске отказал – «по бездоказательности»...

Наиболее ярко характеризует отношения отца и сына-жениха дело по прошению крестьянина деревни Малые Ломы Юрьевецкого уезда Лапшина, который 4 декабря 1900 года жаловался на сына Ивана. Тот ушел из дома в Родники на фабрику, не отработав долг за свадьбу в 60 рублей. В суде отец показал, что деньги одалживал у разных людей и вернуть долг не может. 47-летний истец упирал на то, что он – вдовец и имеет четырех сыновей, старшему из которых едва исполнилось 14 лет.

Иск был удовлетворен. Однако в прошении земскому начальнику 8 января 1901 года Иван сообщал, что «отец сам расстраивает крестьянское хозяйство, продавая необходимое для него имущество». Он якобы продал единственную корову, лес, сенной покос, зерновой хлеб и удобрения. А полученные в счет долга деньги «израсходовал без пользы для крестьянского хозяйства, купив на всё вырученное городскую одежду для себя и гармонику, а оставшиеся деньги пропил». Кроме того, Иван уверял суд, что в течение года выплачивал отцу по 8-9 рублей ежемесячно, почему и считал долг погашенным. Однако к разбору дела в Юрьевецком уездном суде стороны не явились, поскольку заключили «миролюбивую сделку»: Иван единовременно уплатил отцу 30 рублей, исчерпав свадебный долг.

Приведенные документы свидетельствуют, что крестьянская свадьба на рубеже XIX–XX веков была делом настолько затратным, что могла подорвать крестьянское хозяйство. Как правило, молодая семья не могла сразу встать на ноги и в течение некоторого времени обязана была оплачивать «свадебный кредит» своим родителям.

Егор БУТРИН, главный специалист облархива
Газета № 76 (26.09.2017)

Поделиться

Комментарии

Комментариев пока нет

Добавить комментарий:

Имя:

Вы можете получать оповещения о новых комментариях — для этого просто зарегистрируйтесь на сайте или войдите.

Читайте также в рубрике «Дела архивные»

Лента новостей

Вся лента новостей
18+

Телефон: +7 (4932) 41-94-81

Email: ivgazeta@bk.ru
Реклама: igreklama@bk.ru
Подписка: igpodpiska@bk.ru

Нажмите Ctrl+Enter,
чтобы сообщить об опечатке